Из европейской поэзии 14-17 веков



 
Королева Елизавета

(1533-1603)

1

Судьба! Сколь неверна ты, непрочна!
Зачем так разум страждущий терзать?
Тюрьма – свидетель: ты была вольна
И жизнь мне дать и в счастье отказать.
Виновного освободив от пут,
Творишь над невиновным тяжкий суд.
Невинного лишаешь всех отрад,
Храня от смерти тех, кто виноват.
Но Жребий завистью не побороть,
За все дела врагам воздаст Господь. 

2

Когда красой цвела и мне светил успех,
Когда слова любви я слышала от всех,
Тогда всем без изъятья твердила я слова:
          «Ступайте прочь! Ступайте прочь!
          Я вас терплю едва!»

Как много пылких душ недуг любви косил,
Их горе описать мне не хватает сил,
Но в гордости своей твердила я слова:
          «Ступайте прочь! Ступайте прочь!
          Я вас терплю едва!»

И вот пришел красавец, Венеры дерзкий сын:
– Вы неприступны, Леди, но выход есть один –
Чуть натянуть поводья – забудете слова:
          «Ступайте прочь! Ступайте прочь!
          Я вас терплю едва!»

От таковых речей все изменилось вдруг,
Ни ночи нет, ни дня от непосильных мук,
Могла ли я подумать, что буду клясть слова:
          «Ступайте прочь! Ступайте прочь!
          Я вас терплю едва!»                                              
                                           (С английского)

 
 
Генрих Лауфенберг

(ок. 1390 - 1460)

* * *

Бежишь меня, о жалкий мир,
не для меня твой нищий пир,
но мы едины все же.
Не скажешь правды, ибо лжив, 
но ты трепещешь, еле жив,
прикрыт блестящей кожей.
О сирый! Что ты без прикрас?
Фальшивых денег в смертный час
ты не предъявишь напоказ –
так дай забвенья, Боже! 
                       (С немецкого)

 
 
Роберт Геррик

(1591 - 1674)

Веселиться и верить прекрасным стихам

Опять земля щедра,
Как пиршественный стол.
Раскрыть уста пора -
Час Празднества пришел.

Час Празднества пришел,
Всем деревам даря
Браслеты пышных Смол –
Густого Янтаря.

Час Розы наступил.
Арабскою росой
Виски я окропил
И лоб смятенный мой.

Гомер! Тебе хвала!
Настой заморский смел!
Хоть чара и мала,
Ты б от нее прозрел.

Теперь, Вергилий, пей,
Пригубь хотя б глоток!
Один бокал ценней
Всего, чем щедр Восток.

Продли, Овидий, пир!
Так аромат силен,
Что Носом стал весь мир –
Недаром ты Назон.

Сейчас, Катулл, вина
Я выпью в честь твою.
Бутыль опять полна –
За Третью Музу пью.

О Вакх! Я пьян совсем.
Пожар свой охлади!
Не то Венок твой съем
И Жезл, того гляди!  

От жажды чуть дышу –
На стену впору лезть.
Бочонок осушу
В твою, Проперций, честь.

Реку вина, Тибулл,
Я посвящу тебе...
Но в памяти мелькнул 
Стих о твоей судьбе.

Что плоть, мол, сожжена,
Осталась лишь зола
И Урна не полна – 
Так горсточка мала.

Но верьте: Жизнь – в стихах.
Их пламя пощадит,
Когда развеют прах
Людей и Пирамид.

Всех Живших Лета ждет,
Удел всего – Конец.
Лишь Избранных спасет
Бессмертия венец. 
                     (С английского) 

 
 
Джузеппе Артале

(1628-1679)

Блоха на груди прекрасной дамы

Всего лишь пятнышко, но как проворна!
Ты отыскала сладостное лоно,
И там, где солнца луч скользит влюбленно,
Ты – тьмы крупица, жалящей, тлетворной.

На перламутре белом точкой черной
Несешь в ложбинке караул бессонный,
Собой являя образ воплощенный
Стихии малой, но, увы, бесспорной.

Неуловима и едва заметна –
Смущать покой – твое предназначенье,
Ты черный атом страсти безответной.

Ты боль мне предвещаешь и томленье
И призвана быть вестницей секретной
Души неверной, что сама – смятенье.
                                (С итальянского)